Разговор с дизайнером. Владимир Степанов

Сергей Дужников продолжает цикл интервью с петербургскими дизайнерами, стоявшими у истоков создания Санкт-Петербургского Союза дизайнеров в 1987 году.


Владимир Иванович Степанов
Владимир Степанов. Фото: © Александр Трофимов. 2016


Владимир Иванович, добрый день!

Здравствуй, дорогой.

Как получилось, что, родившись в небольшом городке на Урале, Вы стали дизайнером? И какие ветры занесли в Ленинград-Петербург?

Да, родился я, и правда, на Урале, в городке Сатка Челябинской области 29 июня 1940 года. Дома там, в основном, были деревянные и стояли на живописных холмах, природа прекрасная, леса, озёра... Люди замечательные, добрые, трудолюбивые. Всё это с детства запало в душу – что, кстати, затем проявилось в моих графических и живописных работах. Рисовать, и много, я начал ещё с первых классов школы, вдохновлённый репродукциями с картин известных российских художников – а в 16 лет даже получил от этого приятного занятия первый практический результат, устроившись работать в местный Дворец культуры художником-оформителем. Затем служил в армии, где периодически оформлял «красный уголок», а в свободное время рисовал и принимал участие в выставках.

Кирпичный дом. Город Сатка (бум., перо, тушь) 1985
Кирпичный дом. Город Сатка (бум., перо, тушь). Владимир Степанов. 1985
После демобилизации в 1963 году поехал в Ленинград и сразу, на удивление, поступил в ЛВХПУ имени В.И.Мухиной на отделение художественного конструирования, ныне «дизайн». Так я оказался в этом удивительном городе, любовь к которому возникла сразу и осталась навсегда. Ведь любовь – это искра, чудо, которое либо случается, либо нет. А здесь такое случилось. Все белые ночи я тогда проводил на набережных рек и каналов, рисовал и рисовал… кажется, что и не спал совсем… Затем мне, повторюсь, казалось фантастикой, что я учусь в «Мухе». Преподавал у нас Иосиф Александрович Вакс, который вёл у меня дипломный проект по теме «Станок для обувной фабрики». Вспомню добрым словом Сергея Леонидовича Катонина, ученика Леонтия Николаевича Бенуа и известного на тот момент архитектора, автора, в частности, зданий Фрунзенского универмага и Дома Советов (что делал в соавторстве с Я.М. Лукиным). При этом в 1957 году он, совместно с И.А. Ваксом, разработал дизайн знаменитого трамвая ЛМ-57, прозванного среди ленинградцев «стиляга», и проектировал интерьеры пассажирских теплоходов. Хотя такого предмета, как «эргономика» у нас тогда не было – но зато была «антропология», учившая, фактически, тому же.

Процесс нашего образования далеко не всегда отличался серьёзностью, природа брала своё... Одно время, к примеру, мы жили в центральном здании училища, где мальчикам и девочкам обустроили две большие комнаты на втором этаже, человек по 15 каждая. Окна комнат выходили на Соляной переулок, где под праздники собиралась уйма студентов из других ВУЗов. Через «вахту» их не пускали – и мы, естественно, многих затаскивали через наши окна. А праздники у нас были фантастические! К примеру, как-то раз на Новый год в Молодёжном зале ёлку подвесили вверх ногами – такая была дизайн-концепция… До сих пор люблю приходить сюда, на Соляной, при этом каждый раз притрагиваюсь к бронзовым ангелочкам на фонарях.

После «Мухи» Вами было сделано много значимых проектов… Расскажите, пожалуйста, об опыте работы в большом коллективе ЛОМО, актуален ли этот опыт сегодня?

На ЛОМО (Ленинградское оптико-механическое объединение) я попал, во многом, случайно. Несмотря на то, что дипломную работу курировали в другой организации, но по распределению меня направили именно сюда. Напомню, что тогда все студенты должны были три года, после защиты диплома, отработать по «распределению», что, кстати, вполне логично. На новом месте мне понравилось. Работа была интересной, хотя и трудной. Да и коллектив сложился дружный, при том что достаточно большой. Это, конечно, требовало от руководителя навыков в постановке задач как для каждого из членов «команды», так и для всех вместе. Руководителем был В.А. Цепов, и у него всё хорошо получалось. Результат, как говорится, на лицо. Тогда выпускалась огромная номенклатура изделий, более пятисот наименований. После получения от конструкторов технического задания начиналась совместная работа. В 60-е годы компьютеров, понятное дело, ещё не было, поэтому эскизы рисовались вручную. Но всё получалось «на пять», а наши проекты и готовые изделия принимали участие во многих выставках и в стране, и за рубежом, неизменно завоёвывая награды.

img_27.jpg

img_28.jpg

img_29.jpg    img_42.jpg

img_24_1.jpg

img_44.jpg

Задам традиционный российский вопрос, который задаю всем (да и себе тоже) – «кто виноват и что делать» и какой должна быть роль нашего Союза дизайнеров?

Насчёт того, «кто виноват» – это, вероятно, о сегодняшнем состоянии с промышленным дизайном? Да, это замечательные слова: «инновации», «импортозамещение»… Новые, умные, с глянцем… Хорошо бы только понимать зачем и для чего. Технологии, как известно, приходят и уходят, но что-то же неизменное остаётся. А это что? Думаю, если говорить не только о дизайне, но и о творчестве в широком смысле, то каждому человеку, наверное, от природы даётся всё, вся палитра возможностей. А уж как этим затем распорядиться – личное дело каждого. И, конечно, нельзя сбрасывать со счетов роль государства – ведь дизайн штука системная, полезная и нужная обществу. При всём личном творческом настрое без понимания этого никуда не сдвинешься. Я вспоминаю, как на ЛОМО пришёл однажды к директору со своим эскизным дизайн-проектом фотоаппарата. Это были 80-е годы, и тогда уже начиналось развитие новой технологической системы, в которую надо было встраиваться, то есть появились японские «мыльницы», при том что на ЛОМО тоже продолжали делать отличные, по тем временам, классические фотоаппараты… «Нет, – сказал мне директор, – мы и сейчас продаём всё миллионными тиражами, и зачем что-то менять?».

Так вот, менять обязательно надо – и меняться, в том числе и самому. А то, что наш петербургский Союз тоже изменился, став самостоятельным, абсолютно верно.

И последнее – дайте, пожалуйста, своё личное определение, что такое «дизайн».

Дизайн – это, пожалуй, гармония внутри человека.

Большое спасибо за серьёзный, но и вдохновляющий, разговор!


Сергей Дужников, председатель секции промышленного дизайна СПб Союза дизайнеров