Разговор с дизайнером. Василий Бертельс

Сергей Дужников продолжает цикл интервью с петербургскими дизайнерами, стоявшими у истоков создания Санкт-Петербургского Союза дизайнеров в 1987 году.


Василий Бертельс
Василий Бертельс. Фото: © Александр Трофимов. 2016


Василий, добрый день!

День добрый, Сергей!

Первый мой вопрос о том, где в детстве и юности можно найти истоки твоей будущей профессии и какое образование ты получил?

Если говорить о профессии дизайнера, а конкретно графического дизайнера, то в детстве я, естественно, такого слова слышать не мог. Даже «художники-конструкторы» тогда ещё в СССР не появились. Родился в 1950 году в Сибири, в довольно глухом геолого-разведочном посёлке, где отец был в ссылке после лагеря, попав туда в начале войны по доносу за слишком «подозрительную» фамилию: Бертельс. Хотя фамилия, надо отметить, в России была известна давно, мои предки ещё в екатерининские времена переехали в Петербург из Дании… одним словом – гастарбайтеры. Работали по медицинской части, один из них был лейб-медиком принцессы Анны. А Россия страна такая… заразная, даже для лейб-медиков… многие иностранцы приезжают сюда на некоторое время, а остаются навсегда. Умом её не понять – но они что-то такое всё-же понимают… ведь там, дома, он какой-нибудь «Бертельсен», а тут «Господин Бертельс», «человек оттуда», в России к этому уважительно всегда относились, и такого статуса в родной Дании у него, пожалуй, никогда бы и не было… Кстати, на набережной Мойки до сих пор сохранился «Дом Бертельса», один из моих предков был архитектором.
Так что истоки профессии надо искать, вероятнее всего, в семейных традициях.

А почему именно «графический дизайн»?

Причиной тому стали книги и книжные иллюстрации. В 1956 году, после 20-го Съезда, отца реабилитировали и семье удалось перебраться в Ленинград, где мы поначалу жили в коммуналке на проспекте Юрия Гагарина и где я пошёл в школу. Так вот, в этом возрасте я уже вдохновился уникальными изданиями – «Робинзон Крузо» с иллюстрациями Гранвилля, «Дон Кихот», Сказки Шарля Перро… Очень любил читать… Когда мы переехали из коммуналки в отдельную квартиру, я ещё доучивался в 9 и 10 классах в школе Московского района, куда ездил из дома на трамвае №16. Тот шёл где-то 50 минут, и за это время мною прочитывалось 50 страниц книги, по странице в минуту, то есть уходило две-три поездки на книгу...

bertels_sign.jpg
Авторский знак Василия Бертельса.

Вполне научный подход!

А у меня ведь и отец был учёный-востоковед, и дед член-корреспондент Академии наук, и дядя Андрей и жена его Лейла – тоже востоковеды… Всё-бы хорошо, но рисовать я тогда не умел, только в 7 классе начал посещать художественную школу. Поэтому выбрал для себя наиболее простую для поступления кафедру «Промышленная графика и упаковка» ЛВХПУ им.Мухиной – куда смог поступить лишь после армии и года подготовительных курсов. Мои мухинские преподаватели были замечательными людьми, только вот в графическом дизайне мало что понимали. Лев Николаевич Линдрот был архитектором, а Васильев постоянно веселил нас своими охотничьими байками. Впрочем, он ввёл курс пропедевтики – один в один как в Баухаузе – который лежит в основе моей учебной методики до сего дня и за что ему большое спасибо.

И как складывалась творческая судьба после защиты диплома?

Сначала не очень задалась, так как распределили меня на три года в город Коломна, на закрытое военное предприятие. Одного приезда туда мне вполне хватило: два глухих забора, ведущих к реке Ока и упирающихся в крутой обрыв, на котором сиротливо стоял пивной ларёк... Поняв, что рядом с ним и закончу свою карьеру – я оттуда уехал. Потом была работа художником в ленинградском кинотеатре «Ладога», где рисовал киноплакаты для иностранных фильмов и многому научился. Потом постепенно начал входить в мир книжной графики – издательство «Искусство», «Гидрометиздат», издательство «Аврора», где стал художественным редактором в отделе русского искусства. Кстати, была и очень интересная работа в фирме «Мелодия», где я разрабатывал дизайн конвертов для виниловых грампластинок. Дома я оборудовал полноценную для того времени мастерскую – фотолаборатория, аэрограф, компрессор от холодильника... И всё шло вполне успешно до «перестройки», а потом начало загибаться. Моё издательство «Аврора» пошло ко дну, а я как честная «крыса» оттуда сбежал и больше никогда уже штатно не работал.


bertels_02.jpg

bertels_03.jpg

bertels_04.jpg
Дизайн издания по японскому искусству «Сацумская керамика».

Расскажи, пожалуйста, о своих творческих принципах, есть ли они?

В смысле графической стилистики я человек достаточно «беспринципный», всегда иду от темы, которая сама диктует совершенно органичные для неё варианты графического решения. Считаю, что в искусстве есть один самый важный принцип – качество. Включая, естественно, и качество идеи, так как если идея пошлая – то качественное воплощение сделает её лишь ещё пошлее. При этом полученный мною опыт показывает, что без методического подхода к дизайну результата не достичь. К примеру, в самом начале работы я как-то раз делал обложку книги «Динамика верхних слоёв океана» для «Гидрометиздата» и уже тогда приложил все усилия к тому, чтобы понять суть вопроса и множества математических формул – для чего, естественно, встречался с автором и глубоко влез в тему. Думаю, что именно такой подход отличает дизайнера от художника и оформителя.

bertels_05.jpg
Графика

Как ты оцениваешь сегодняшнее состояние графического дизайна?

Не оптимистично. Дима Бюргановский, известный газетный дизайнер, сказал как-то знаменитую фразу: «Ныне столько дизайнеров, сколько компов». Увы, в эту область пришло множество дилетантов, которые соглашаются работать за минимальные деньги и создают конкуренцию специалистам, которым получить хороший заказ сейчас чрезвычайно сложно. Поскольку я уже наработал себе имя, то у меня заказы есть, но так далеко не у всех, особенно сейчас. Хотя и мне никогда просто не было – ни при коммунистах, ни при капиталистах. Но первые хотя бы прикрывались какими-то идеологическими принципами, а вторые сейчас просто и прямо говорят «я за это плачу, значит мне должно нравиться»... вот и весь разговор. Впрочем, я стараюсь «держать прямую спину» и под заказчика не прогибаться… для этого есть разные методы, а иногда и отказаться надо.

bertels_06.jpg

bertels_07.jpg
Дизайн учебного пособия «Психология и социология костюма».
И ещё, если касаться темы графического дизайна, никуда не уйти от вопроса уровня образования. Допустим, я очень серьёзно учу своих студентов умению работать с традиционными европейскими модульными сетками, поэтому они знают как сверстать грамотно и газеты, и журналы – а это мало кто сейчас знает. И методика образования тоже сейчас нужна не такая, как раньше – и время, и технологии изменились. Хотя принципы золотого сечения у меня на занятиях изучают все, кто-то даже обливаясь слезами... Да, и ещё один принцип у меня есть – я запрещаю студентам работать на латинице, только на кириллице. И это не потому, что я «славянофил»… хотя и не без этого… иногда шучу, что господин Даль был первым датчанином-патриотом русского языка, а я второй, и тоже датчанин по крови… Ну а если по делу – вопрос с кириллицей исторически ведь очень сложен. Кирилл и Мефодий, формируя русскую азбуку, создали на тот момент достаточно уникальную вещь, так как на каждый звук был отдельный соответствующий знак – чего в латинице изначально не было. К тому же это была серьёзная сакральная система, где каждая буква несла свою энергию, строилась на определённой пропорциональной системе. Затем Пётр I сократил количество знаков, которых до того было 43, пригласив поучаствовать в этом голландцев, для которых кириллица была не ближе китайских иероглифов – хотя самую дикость Пётр, всё-же, не утвердил… А потом «дизайном» занялся Ленин и снёс всё остальное, окончательно лишив кириллицу индивидуальности...

Моё глубокое убеждение, что шрифту требовался всего лишь, говоря сегодняшним языком, «редизайн», не более. Но что имеем, то имеем, назад не отмотаешь – а нам жить и работать в этой стране. Да и есть замечательные примеры – шрифт Родченко, допустим… или Стейнберг… Да и мода на «англоманию» постепенно проходит.

bertels_08.jpg
1.Шрифтовой плакат. 2.«Макбет». Театральный плакат. 2014 г.

Широким мазком, однако... А какова должна быть роль Петербургского Союза дизайнеров?

Во-первых, он, несомненно, нужен. Во-вторых, есть моменты, которых ему не хватает – и главный из них это профессиональный обмен информацией. Живое общение очень ценно и приятно – но в 21 веке эффективнее работают закрытые клубы в соцсетях, где каждый может посмотреть работы коллег и высказаться. Я очень активно пользуюсь этим ресурсом, в частности в facebook. Впрочем отмечу, что последнее время в СПбСД есть явные положительные подвижки.

bertels_09.jpg
Художественная фотография: 1. Диалог, 1977 г. 2. Портрет Тынниса Винта. 1977 г.

И последний вопрос – твоё определение дизайна.

Учитывая, что я из семьи учёных, отвечу двумя «формулами».
Дизайн – это способ гармонизации для человека пространства, двухмерного или трёхмерного.
Дизайн – это четыре «Э»: Эргономичность, Эстетичность, Экологичность, Этичность.

Василий, большое спасибо за столь интересный разговор.

Спасибо что позвал. Заодно, пользуясь случаем, приглашаю всех на мои лекции, периодически проходящие в Креативном пространстве «Мойка-8» Санкт-Петербургского Союза дизайнеров.

Ближайшая встреча будет 25 января, в среду, в 19:30
Санкт-Петербург, наб. реки Мойки, 8

Вход свободный