Обнуление дизайна


23.05.2020

Это не утверждение, а лишь приглашение к разговору, предложенное Леонидом Салминым, дизайнером, культурологом, кандидатом искусствоведения, профессором кафедры графического дизайна УрГАХУ (г. Екатеринбург). Приглашение было подхвачено, и на вебинар, посвящённый нынешним ощущениям практикующих и преподающих дизайнеров, собралась симпатичная компания.


reset_design_anonce_2.jpg

28 интересантов – это хороший знак для того, чтоб назвать Санкт-Петербургский Союз дизайнеров и онлайн-«кухню» его Креативного пространства «Мойка-8» площадкой для профессионального общения. «Удалённый» разговор, через экран, как новый и моментально утвердившийся в своей эффективности формат, показал возникшие возможности в качестве альтернативы тому, что ещё недавно казалось незыблемым, необходимым и незаменимым. Пандемия коронавируса, отсекшая нас всех от живого общения, выросла пугающей проблемой не только медицинского характера. Прямо на наших глазах она и дезориентирует нас, и переформатирует очень многие привычные нам модели взаимодействий: от производственных до просто человеческих.

О том, есть ли у дизайна шанс в изменившихся обстоятельствах, говорили Ксения Бандорина (эксперт дизайна, кандидат искусствоведения, доцент СПГХПА им. А.Л. Штиглица, член Санкт-Петербургского Союза дизайнеров, член Союза художников России, член ЮНЕСКО, г. Санкт-Петербург), Михаил Степанов (философ, преподаватель, член Санкт-Петербургского Союза дизайнеров, г. Санкт-Петербург), Илья Полянских (промышленный дизайнер, продюсер д/ф «Техническая эстетика», руководитель студии городского дизайна «Плотинка», г. Екатеринбург), Владимир Шевченко (маркетолог, специалист нетворкинга в сфере дизайна интерьера, генеральный директор компании NEWMEDIA, г. Санкт-Петербург), Александр Матвеев (мультидисциплинарный дизайнер, исследователь трендов в области дизайна и технологий, г. Москва), Евгений Лобанов (дизайнер, теоретик архитектуры и дизайна, преподаватель, член Санкт-Петербургского Союза дизайнеров, г. Санкт-Петербург). Вела встречу в качестве модератора Александра Траубе (арт-дизайнер, ювелир, член Санкт-Петербургского Союза дизайнеров, г. Санкт-Петербург).

Как говорит инициатор заявленной темы Леонид Салмин, «обнуление – процесс давний», уж точно длящийся три последних десятилетия. Он не спровоцирован буквально пандемией, а всего лишь каталитически ею ускорен. Обрушение целей, смена привычек, производственного и личного комфорта предлагают задуматься об альтернативах во многих сферах приложения профессиональных усилий. Животрепещущие вопросы определяли пространство тем этого разговора: от «Кем я был до карантина?» до «Что будет завтра?». Говорили о перемене смыслов и технологий, о перемене собственного отношения к миру и о личном прогнозировании на ближайшее время.
 
Наступление неизбежных изменений показало, например, что в обучающих процессах многие «надстройки» не только неэффективны, но зачастую попросту не нужны («все эти деканаты»). Катастрофическая ситуация с вирусом, к удивлению, оказалась по-своему благотворной, потому что стала временем наблюдений и исследований, заставляет остановиться и оглядеться, а затем – принимать оперативные, неординарные решения: и применительно к своей частной карьере, и в смысле вписывания в обновляющие(ся) процессы. Система иерархий, десятилетиями считавшаяся естественной и полезной в разного рода дизайн-школах, да и не только в них, в одночасье оказалась сметена горизонтальными связями, когда преподаватель и студент остались без посредников и прослоек, к общим для них удовольствию и пользе. Наработанные институции до смешной очевидности оказались не отвечающими революционным переменам. Среди прочего это касается и отношения к ресурсам: например, ресурсу времени, которое затрачивается в учебном процессе.

Говорившие под строгим, но благожелательным, доглядом модератора отмечали, что сейчас ускорились процессы общения: то, что требовало времени на перемещения в пространстве, стало достижимым почти моментально. Но одновременно невозможно не сказать о том, что выпавшее живое общение без пресловутой «социальной дистанции» лишает нас чего-то тактильно-важного, того, без чего не может состояться, например, совместный танец. Интеллектуальное общение – это хорошо, но важно и ещё что-то «сверх», иные энергетические обмены. Также представляются чем-то по-настоящему важным новые сферы интересов – скажем, «дизайн процессов», чему иллюстрацией служит сама эта встреча. Это в свою очередь наполняется индивидуализацией всего и вся, включая, разумеется, преподавание, в котором не шаблоны и схемы рулят, а личностное, отдельное, уникальное, не программное. О выборе целей и новом взгляде на окружение говорили те, кто заостряет внимание на экологии: не прокламативно-душещипательном «спасении мира», а дельном и внимательном переустройстве ближайшей среды, буквально в пределах районной дистанции. Например, речь шла о том, что взгляд, оторвавшийся от неустанного окучивания собственного бизнеса, вдруг обнаруживает, что безграмотная ливнёвка попросту гадит в местную речку. А, стало быть, это становится предметом работы дизайнера. Здесь инициатором и двигателем перемен становится не инвестор и даже не турист, а непосредственно житель региона.

Говорилось о новом продуцировании вещей – чтобы это был не «100500-й дырокол», а нечто, обладающее иной ценностью, что материальной, что ментальной. Самый кризис цивилизации недвусмысленно подталкивает к необходимости новых форм сотрудничества – с явным усилением фактора этики. «Дематериализация и растворение» отживших реальностей ставит перед дизайнерами задачи нового обучения и проектирования: с тем, чтобы в продукте изначально была заложена не топорная утилизация, а совершенно новый подход к вторичности. Появляется то, что приводит к смене «технической эстетики» совершенно иными принципами «технологической этики». «Обмельчание и приземление» дизайн-проектирования может означать осыпание глобалистских, мега-корпоративных моделей до малых, но эффективных практик «на местах», в живой связи с региональной жизнью. Это же одновременно меняет и масштабы принятия решений, увеличивая роль индивидуальной ответственности дизайнера в условиях новой прозрачности. Смещение фокуса внимания на человека расставляет акценты на наших взаимопонимании и совместимости. Говорилось о новых возможностях разнообразных коллабораций, насущных и продуктивных, когда партнёрство ищет максимальной эффективности в условиях минимальных средств. Одновременно происходит перемена в «географии процессов»: специалисты выходят за пределы своих локаций, а это – также новая модель взаимоотношений.

Судьба не только профессии, но – много шире – страны становится объектом пристального внимания дизайнеров, внезапно оказавшихся в нежданных условиях. Ощущение единства, общего понятийного и целевого поля, согласованные «вибрации» – это не поэтическая метафора, а мотиватор и механизм новых взаимодействий дизайнеров. Фраза «у меня сейчас кончится заряд» относилась всего лишь к аккумулятору гаджета, а не к благотворной идее профессиональной взаимопомощи. Здесь всё ровно наоборот. Правда, общий позитивный настрой встречи был оттенён горькой пилюлей. Один из слушателей (Давид Авакян – графический дизайнер, член Санкт-Петербургского Союза дизайнеров, г. Санкт-Петербург) заметил, что, конечно, хотелось бы видеть больше позитива, но ему кажется, что происходящее сейчас – репетиция более страшных вещей. То есть трезвая оценка реальности излишней не будет. Однако общей чертой, подведённой под разговором «на кухне», стали именно оптимистичные ожидания, определяющие здоровую энергетику задуманных шагов. На этом и «помахали ручкой» друг другу через многочисленные экраны, пообещав не расставаться надолго.

Скомпилировал впечатления Владимир Корольков. 2020